Гитлеровский эксперимент был попыткой соединить устремления социализма и национализма. Однако национальное начало присутствовало в нем лишь «в жутком обличье выродившегося, необузданного национализма, расового безумия», поэтому и социалистический элемент был немедленно искажен им до неузнаваемости, лишившись всех своих лучших черт. Теперь же, после катастрофы, «социальная и социалистическая мысль и действие являются не чем иным, как следованием общечеловеческому идеалу, гуманизмом в его конкретном современном воплощении. Этот гуманизм должен идти на пользу не только собственному народу, но и всему человечеству».

Вот почему Мейнеке прикладывает так много усилий, чтобы опровергнуть неизбежность нацистской катастрофы. Отречься от собственной истории означало бы перекрыть все пути к возрождению свободной от нацизма Германии. Ведь не бывает народов вообще, как не бывает абстрактного человека в вакууме. Даже самые высокие и универсальные в своей ценности достижения человечества были сформулированы в обстоятельствах определенной культуры и эпохи. Лишь восстановление собственно немецкого духа может возвратить немцев к человечности и вернуть их в европейскую семью народов. «Исчезнуть без остатка должна только нацистская мания величия со своим бескультурием, своей культурой вырождения. Однако на ее место должен прийти не бледный, бессодержательный, абстрактный космополитизм, а космополитическая культура, в формирование которой вносил свой вклад в прошлом и должен вносить в будущем индивидуальный немецкий творческий дух. Мы верим, что, найдя путь к самому себе, этот дух еще выполнит свою особую, незаменимую миссию внутри западного сообщества».

Источник

Экономист и политолог Дмитрий Травин о книге Фридриха Мейнеке:

«После разгрома нацизма Германия оказалась в страшном положении. На руинах своей страны и своей жизни немцы размышляли о том, был ли гитлеризм закономерным следствием их истории и культуры, или результатом стечения ряда неблагоприятных обстоятельств. «Если все должно было свершиться так, как свершилось, – писал в 1946 г. историк Фридрих Мейнеке, – то нынешняя ужасная катастрофа способна сломить волю к дальнейшей жизни и деятельности. Такой мрачный фатализм способен сковать энергию тех, кто должен действовать. Такова практическая сторона проблемы. Ее теоретическая сторона, однако, требует, чтобы мы не упускали из виду фактор свободы, то есть возможность действовать иначе, чем было в реальности. Если мы признаем существование такой возможности, если допустим, что приход Гитлера к власти можно было предотвратить, то тем самым уменьшим долю вины немецкого народа в этих событиях».

Мейнеке, несмотря на весьма преклонный возраст, написал книгу, в которой, не приукрашивая немецкой истории, показал, что гитлеризм не был все же ею жестко детерминирован, и, значит, Германия не является уродом в семье европейских народов. А немцы, преодолев «мрачный фатализм», смогли построить новую Германию, доказав, что в нормальных условиях они могут стать одним из самых успешных, демократичных и толерантных народов Европы.

Сегодня книга Фридриха Мейнеке «Немецкая катастрофа» издана у нас в «немецкой серии», которая восемь лет назад открылась книгой Себастьяна Хафнера «История одного немца», ставшей сразу же феноменально популярной среди российских интеллектуалов. Питерский историк-германист Nikolay Vlasov сделал отличный перевод «Немецкой катастрофы» и подготовил книгу к изданию.

Мейнеке на два поколения старше Хафнера. Он глядит на свою страну иными глазами и подвергает анализу иные стороны немецкой жизни. Думается, эти книги хорошо дополняют друг друга. «Немецкая катастрофа» может рассматриваться в качестве своеобразного приквела к «Истории одного немца». Мейнеке показывает, что случилось со страной Гёте в XIX веке, как подошла она в ХХ столетии к роковой черте, и по каким причинам пересекла ее, хоть и могла пройти по краю пропасти».

Книга Фридриха Мейнеке, выдающегося немецкого историка, исследует трагический путь Германии в XX веке, задавая фундаментальные вопросы о причинах и последствиях нацизма. Автор размышляет о случайности или неизбежности прихода Гитлера к власти, анализирует глубокие исторические корни Третьего рейха и предупреждает о риске возрождения тоталитарных идей. В центре внимания — противоречие между индивидуальной свободой и массовыми движениями, которые, стремясь ко всеобщему благу, нередко отвергают человеческое достоинство. Книга поднимает проблему исчезновения истинных ценностей в эпоху тоталитаризма, где личность растворяется в интересах государства. В условиях разрушенной страны автор обращается к идее духовного возрождения, предлагая искать надежду в сохранении культурных основ. Этот труд, вышедший в первые послевоенные годы, стал важным интеллектуальным событием, раскрывая глубинные механизмы политических и социальных процессов, приведших к катастрофе.

Источник